?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Одной из причин, выделяющей Казандзакиса из сонма писателей ХХ-го века, является его разносторонность и способность удивлять. Удивителен и его творческий путь. Подлинный расцвет Казандзакиса как крупного романиста начался с середины 40-х годов, т.е. на седьмом десятке лет. Начав с чистого эстетизма («Змей и лилия») и драматургии, он затем как бы выпал из большой литературы, зарабатывая на жизнь переводами и журналистскими, по сути, заметками. Его гигантская «Одиссея» увидела свет лишь в конце 30-х годов, когда ее автору было уже 55 лет. Однако эта кажущаяся творческая пассивность в период до «Одиссеи» на самом деле обманчива. Тот период, что в среднем является наиболее плодотворным у человека, т.е. пятый десяток лет, Казандзакис посвятил «духовным упражнениям», включавшим в себя усиленное самообразование. В конечном счете, упражнения эти вылились в небольшое эссе, получившее при переводе на английский название «Божьи спасители» и впитавшее в себя всю жизненную и творческую философию Казандзакиса. Фактически, «Божьи спасители» представляют собой беспрецедентный случай в литературе, когда автор сначала составляет некий концентрат всех своих соображений и идей и лишь затем, дозировано, по частям воплощает их в других своих произведениях. Все эти яркие, чисто казандзакисовские образы – например, когти хищной птицы, терзающие человеческий разум; мертвые, приходящие напиться крови из черепа своего ныне живущего потомка; древние, еще дочеловеческие предки, оживающие (и никогда не умиравшие) в человеке в момент каких-то катаклизмов – всё это в концентрированном виде уже представлено в этом философском эссе от 1926-го года. А идея, согласно которой не Бог спасает человека, но человек – Бога, предельное свое воплощение обретает в так и не законченном романе «Братоубийцы», не получившем такого широкого признания, как «Грек Зорба», «Христа распинают вновь» и «Последнее искушение».

Итак, почему и чем этот роман сейчас может быть интересен русскоязычному читателю? Все те черты, что критики 60-х отмечали как недостатки – схематичность характеров, скупые описания, отход от мифологичности к чистому реализму – ныне, по прошествии полувека могут видеться скорее достоинствами. Действительно, сегодняшние бестселлеры не терпят многословности – сказывается резко ускорившийся ритм жизни, когда читатель в связи с нехваткой времени жаждет побыстрее добраться до сути произведения, зачастую предпочитая красочным описаниям голую идейность. Кроме того, явно возросший интерес россиян к религиозным вопросам, равно как и усугубляющийся общественный раскол по политическому признаку являются теми факторами, которые способны обусловить если не успех, то по крайней мере некое внимание к книге, написанной представителем нации с богатейшей религиозной традицией и массой черных исторических событий схожей трагичности, как то смута и гражданские войны.

Роман «Братоубийцы» cоздавался в наиболее плодотворный для Казандзакиса период, сразу за «Христа распинают вновь» и перед «Капитаном Михалисом»; в конце 40-х – начале 50-х Казандзакис писал в среднем по роману в год – фантастическая творческая активность, учитывая возраст писателя, а также объем этих трудов и серьёзность затрагиваемых в них тем. И среди этих работ «Братоубийцы» стоят особняком, являясь, с одной стороны, наиболее критикуемым произведением Казандзакиса, а с другой – первой и последней попыткой писателя отказаться от своих наиболее мощных инструментов – притчи, мифа, красочного пафоса – и попробовать себя в жанре современного реализма. Роман настолько нетипичен для Казандзакиса, который всегда говорил, что пишет, дабы повлиять на других, проложить пути и создать примеры, по которым пойдут другие люди, что по завершении предварительной работы над «Братоубийцами» он написал одному своему другу нечто совершенно противоположное – что всякий раз, как он слышит внутри себя громкий клик/клич (κραυγη), он отказывается притуплять его ради кого бы то ни было, делать его более приемлемым, ибо: «…я не желаю ни угождать кому-либо, ни обзаводиться учениками или самому становиться учеником. Я пришел в этот мир на несколько секунд, и я хочу издать крик, а после умереть – ничего более».

Казандзакис приступил к написанию «Братоубийц» сразу после завершения работы над романом «Христа распинают вновь». Главная тема осталось прежней – гражданская война, но на этот раз с упором на современность, что позволило Питеру Бьену, неоднократно цитировавшемуся в этом журнале биографу Казандзакиса и переводчику романа «Последнее искушение» на английский, заметить, что роман «Братоубийцы» – это тот же «Христа распинают вновь», но переделанный на современный лад и без мифической составляющей. Снова распятие миротворца, снова священник. Время действия на этот раз – 1948-49. Роман так и не был полностью закончен и не публиковался при жизни Казандзакиса, который после написания предварительного варианта снова вернулся к мифу и притче («Последнее искушение», «Святой Франциск»), до самой своей смерти продолжая вносить в роман правки.

Действие «Братоубийц» разворачивается в глухой деревушке на севере Греции во время гражданской войны в конце 1940-х. Множество местных жителей, включая капитана Дракоса, сына местного священника отца Яннароса, ушли в горы, присоединившись к мятежникам-коммунистам. Наступает Страстная Неделя, и, глядя на непрекращающиеся убийства, смерть и разрушения, отец Яннарос ощущает, что несет на своих плечах грехи всего мира. Очень похоже на то, что Казандзакис, всю свою жизнь испытывавший что-то вроде священного трепета и даже восторга перед общественными потрясениями, ужаснулся, когда эти потрясения охватили его родную Грецию. «Когда я думаю о нашей залитой кровью стране, - писал он, - у меня наворачиваются слезы. Когда же закончится это мучение? Но я верю в наш народ и в то, что эта мука сделает его более сильным и зрелым». В 1954-м, когда он попытался переработать «Братоубийц», он сказал в одном из интервью: «Центральная идея этой книги в том, что с человеком, который хочет быть свободным, сегодня покончено». Первоначальным названием книги стала фраза, вынесенная затем в подзаголовок (и в название этого поста). В том же интервью Казандзакис объясняет, что стремление к абсолютной свободе открывает дорогу диктатуре. «Братоубийцы», в отличие от остальных романов Казандзакиса, пессимистичен. Суть книги, помимо вышеприведенного подзаголовка, прекрасно выразил Питер Бьен во втором томе своего исследования «Kazantzakis – Politics of the Spirit»: «Быть свободным значит преодолеть свою судьбу или избежать ее – в данном случае, преодолеть братоубийственную ненависть. И раз это явно невозможно, с нами «покончено»: мы не можем быть свободными».

И несколько слов о переводе. Черновой вариант перевода «Братоубийц» я выполнял непосредственно по мере прочтения англоязычного варианта романа в переводе Афины Янакас Даллас, поскольку на подобную работу с новогреческим оригиналом у меня ушло бы гораздо больше времени. Тем не менее, при работе над окончательным вариантом перевода на русский я тщательно сверялся с греческим исходником, и в случае расхождения каких-либо нюансов (весьма немногочисленных) между новогреческим и английским текстом приоритет при переводе на русский естественно отдавался авторскому оригиналу. Так, например, англоязычный переводчик избегает давать название горы, на которой сидят коммунистические мятежники, оставляя ее безымянной. Причина, скорее всего, в том, что у Казандзакиса в тексте она идет под тремя разными именами (Аэторахи, Эторахи, Айторахи – я оставляю первый идущий по тексту вариант) – вероятно, это те шероховатости, которые сам автор просто не успел поправить. Также в тексте нередки повторения одних и тех же слов и определений – в таких случаях не стоит забывать о том, что роман всё-таки является незаконченным. В принципе, подход у англоязычных переводчиков Казандзакиса к его текстам с определенной точки зрения выглядит разумным: не приводить совсем уж мелкие «эллинизмы», которые не-носителю языка попросту непонятны и неинтересны. Так, например, уже в первой главе мы сталкиваемся с различными оскорбительными эпитетами, какими отца Яннароса награждают и левые, и правые. Помимо вполне себе интернациональных понятий, таких как «большевик», «фашист», в греческом оригинале мелькает слово «εαμοβουλγαρος», представляющее собой сплав из аббревиатуры «эам» (Греческий Освободительный Фронт) и слова «болгарин», подразумевающего не действительную национальность отца Яннароса, но его якобы изменнические действия в угоду враждебной для греков нации. Переводчик на английский пошла здесь наиболее простым путем, переведя это слово как «болгарин», что в данном случае представляется мне верным, так как одновременно намекает на некую чужеродность главного героя и при этом не перегружает текст неясными никому, кроме грека, понятиями. Соответственно и я в подобных случаях ориентируюсь на английский перевод (не заменяя «болгарина» на «красного болгарина» или, для максимальной наглядности, «ркка-болгарина»). Но в целом же таких нюансов в тексте немного.


Profile

kapetan_zorbas
kapetan_zorbas

Latest Month

August 2017
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner