?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

(КАРТИНА ВТОРАЯ. Рассвет. Большой зал Башни. На стене висят семь доспехов Праотцов с посмертными масками, закрывающими им лица, и с кинжалами с черной рукоятью, что засунуты за пояс. Под доспехами узкий балкон по всей длине стены. Пространство по центру и сзади приподнято на три ступени и прозрачная штора разделяет его надвое. Сзади вдали огромная статуя Будды с тремя складками на животе, несколькими подбородками и заходящаяся в смехе. Три двери: одна позади Будды, одна большая слева и низкая справа. Тусклый свет. Канарейка в клетке проснулась и щебечет. Три музыканта сидят, скрестив ноги, на своём месте справа, играя и создавая настроение. Старый Чанг сидит, скрестив ноги, на балконе под доспехами и курит длинную трубку. Перед ним слабо мерцает масляная лампа. Справа и слева, избавившись от своих доспехов, сидят семь Праотцов. Старый Чанг с тревогой смотрит на них.)

СТАРЫЙ ЧАНГ
Неужели все нашли его виновным? Все?
О грозные Праотцы, неужели вам его не жаль?
(указывает на низкую дверь справа)
Там, внутри, он безмятежно спит в своём отчем доме...
Прислушайтесь к его дыханию. Оно мягкое и тихое как у младенца.
Уже много месяцев он скитается по деревням, тоже пытаясь – по своему - помочь людям.
Пусть он неправ, пусть не соблюдает законы, я это знаю, но у него чистое сердце,
о Праотцы, чистое, искреннее, клянусь!
Внутри его сердца живет идеальный Китай, Китай будущего, сильный и счастливый, пьющий его кровь и пускающий свои первые ростки. Сжальтесь, Праотцы, пощадите его. Он устал и пришёл ночью опереться на вас, о бессмертные покойники, чтобы набраться силы и двинуться дальше.
Склонитесь над его постелью, посмотрите на его лицо, вглядитесь в его сердце.
(Он с тревогой смотрит на Праотцов. Те остаются неподвижными и молчаливыми. Слышится слабый звук затачиваемого ножа.)
Эй, у меня опух язык всю ночь молить и кричать, мне надоело! Я не привык к тому, чтобы мои слова оставались без ответа.
Я тоже Чанг, у меня тоже есть оружие, и над моей башней развевается шёлковое знамя, на которой вышита точно такая же родовая монограмма:
(делает резкий взмах рукой)
Тигр!
Я требую, чтобы вы, Праотцы, подали мне ясный знак – как поступить!
(Тишина. Звук затачиваемого ножа становится громче.)
О, не заставляйте меня совершить что-то ужасное, о чём я потом пожалею!
Эй, старцы, осторожнее! Я кажусь добрым, мягким, держу себя в руках, не убиваю – но не будите во мне зверя...
(бьёт себя в грудь)
Здесь спит жёлтый тигр с чёрными полосами – осторожнее!
(поворачивается вправо)
Дед, ты всю свою жизнь сражался за то, чтобы освободить народ... Они были зверьми, и ты хотел сделать их людьми. Они были рабами, и ты хотел сделать их свободными.
А в тот день, когда родился твой первый сын – мой отец – ты собрал со своих полей семь тысяч рабов, семь тысяч душ, и, словно открывая клетку, ты протянул руку и освободил их. Открой же свои уста сейчас, дед, и молви доброе слово.
(указывает на низкую дверь)
И этот твой правнук идёт по твоим стопам. Он тоже, как и ты, пытается сделать добро для бесчисленного муравейника Китая. Он тоже сражается – в нём бурлит твоё великое дыхание.
Не мешай ему, дай ему время, дед, он молод, в нём всё ещё кипит кровь. Дайте ему время остепениться, найти верный путь – ваш путь, о Праотцы!
(звук затачиваемого ножа теперь становится ещё громче)
Эй, хватит точить нож! Довольно! Пусть он живёт!
У него большое сердце, но непокорное. Большие таланты, но нет дисциплины. Он молод. Дай ему время, дед, повзрослеть, выздороветь от этой божественной хвори – молодости!
Все мы, если помните, были когда-то молоды. Мы тоже хотели разрушить мир до основания, чтобы перестроить его. Наша кровь была подобна винному суслу, она кипела. Но пришёл час, кипение прекратилось, сусло очистилось и стало вином. Верьте же в молодость.
Праотцы, защитники нашего рода, я склоняюсь перед вами. Я сказал вам всё, что хотел, моё сердце опустело, мой разум опустел – теперь же судите, решайте!
Дед, говори первым!
(Дед протягивает руку и вкладывает в руки Старому Чангу заточенный нож. Тот ошеломлён, и нож падает на землю. Разбуженная канарейка начинает петь.)
О!
(поворачивается к Праотцу слева и трогает его за колено)
Отец! Ты был добр, мягок и любил всё живое – птиц, цветы, людей. Ты брал перо и писал песни на шёлке. И тогда твоё сердце раскрывалось подобно саду, полному цветущих мандариновых деревьев.
Бывало, что и ты держал на руках моего сына, укачивал его на коленях и говорил то, что я теперь говорю своему внуку: «У меня нет другой надежды в этом мире».
И теперь твой внук вырос большим и сильным, он стал мужчиной. Возрадуйся: у него точно такой же голос, что и у тебя, тот же рост, та же походка... Старики смотрят на него, широко раскрыв глаза, и говорят: «Его дед воскрес! Его дед восстал из земли!»
Теперь же, отец, ты слышал, о чём я молил всю ночь... Я говорил о нём, о твоём внуке: пожалей его. Открой свои уста, молви доброе слово!
(Отец медленно протягивает руку, поднимает с пола нож и с силой вкладывает его в руку Старого Чанга. Тот издаёт вопль, отбрасывает нож и, пошатываясь, встаёт.)
И ты тоже? Ты тоже? О грозные Праотцы, я должен сказать вам кое-что ещё, последнее...
(Но в этот миг начинает кричать петух, и Праотцы растворяются в воздухе. Старый Чанг в недоумении оглядывается по сторонам,   отбрасывает свою трубку и протирает глаза.)
С кем я разговаривал? Кого умолял? Кто вложил этот нож мне в руку? Почему мои губы источают яд? О тёмные силы, о голоса моего сердца!
(смотрит на доспехи)
Послушайте-ка, Праотцы, не нужно затуманивать мне разум! Не нужно выть, словно шакалы в ночи! Говорите ясно, как люди. Я не раб, чтобы дрожать от страха, не женщина, чтобы сострадать, и не тот, кто хочет избежать платы по счетам.
Я тоже демон, как и все вы. Я тоже Чанг, я вырываю из своей груди сердце – я готов платить!
(слышится рёв реки)
Кто это рычит?
(Он отскакивает от окна. Рёв реки теперь слышен отчётливо, вдали звенят колокола, гремит гром. Старый Чанг прислушивается.)
Держись, Старый Чанг! Не бойся. Внизу рычит река, вверху рычит Бог, а ты оказался посередине – рычи же и ты!
Кто вложил этот острый нож мне в руку? Кто вытащил его из доспехов Праотцов?
(поднимает фонарь и осматривает доспехи)
О, он исчез из железного пояса свирепого деда!
(отступает назад, в ужасе бормоча)
Нет! Нет! Нет!
(приближается к низкой двери, прислушивается)
Он спит... Я слышу его дыхание... Мирное как у младенца.
Ненаглядный бунтарь, если бы ты только знал! Всю эту ночь я сражаюсь за тебя
с грозными тенями...
(отшвыривает нож на балкон и кричит)
Не буду! Не буду!
(Музыканты внезапно начинают играть. Слева открывается большая дверь, и входит  Часовой, забрызганный грязью. Старый Чанг, стряхнув наваждение, спокойно поднимает голову.)
Слушаю.

ЧАСОВОЙ
Господин...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Не бойся, говори.
Ты был в тех деревнях, куда я тебя отправил?
Ты видел?

ЧАСОВОЙ
Я видел.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Ну же? Я слушаю.

ЧАСОВОЙ
Господин, мир снова превращается в грязь... Всевышний раскаялся в том, что создал человека, Всевышний раскаялся в том, что создал животных и деревья, и льёт и льёт дождь...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Оставь ВСевышнего в покое. Если хочешь что-то сказать, скажи это мне, а я скажу Всевышнему.
Вот что означает порядок! Я спрашиваю тебя, что ты видел своими собственными глазами, раб. Всё остальное тебя не касается.

ЧАСОВОЙ
Господин, река рассвирепела, она раздувается и рушит берега, долина превратилась в озеро, а овцы, собаки и коровы теперь плавают в ней.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Потише, не кричи, здесь женщины, они могут услышать. И забудь про овец, собак и коров – я переживаю о людях. Что сталось с людьми? Говори!

ЧАСОВОЙ
Они плывут по воде, господин, на спине, с ногами в сторону моря... Из жёлтых они стали зелёными, а из зелёных – чёрными. На них налетают вороны и выклёвывают им глаза. 

СТАРЫЙ ЧАНГ
И это всё? Это всё? Ты весь трясешься, я смотрю, аж позеленел.

ЧАСОВОЙ
Я боюсь...

СТАРЫЙ ЧАНГ
(испуганно хватает его за руку)
Ты что-то видел? Призрака? Он передал тебе наказы для меня?
Точно, точно! Я вижу по твоим глазам! Какие наказы?
(себе)
Сердце, крепись!

ЧАСОВОЙ
Господин, только что, на рассвете, я... я... видел...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Хватит заикаться!

ЧАСОВОЙ
Я видел призраков на воде, стенающих... Они были все в пене и водорослях... они поднимались и падали, рычали, угрожали, они устремились к вашей башне, господин, клянусь... И на них были...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Что ты в страхе уставился на стену? Говори! На них были...

ЧАСОВОЙ
Эти доспехи, господин... именно такие! И они рычали, кричали, я услышал ваше имя! Ваше имя, господин, и имя вашего сына!

СТАРЫЙ ЧАНГ
О! О! Они не просили тебя что-нибудь мне передать? Дать мне какой-то наказ? Они не говорили: «Передай Старому Чангу...»?

ЧАСОВОЙ
Ничего, клянусь вам, господин...

СТАРЫЙ ЧАНГ
(со вздохом глубокого облегчения)
Слава Всевышнему!

ЧАСОВОЙ
Господин, я должен ещё кое-что сказать... Позвольте мне высказаться свободно...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Свободно? Где ты услышал это слово? Как оно проникло сквозь границы Китая
и попало сюда?
Я воздвигну волнорезы, построю башни, вырою траншеи, дабы не пустить иностранных демонов на мои земли. 
Опусти взор – никто не смеет смотреть господину выше груди... Опусти глаза еще ниже. Теперь говори, чего ты хочешь? Я тебе разрешаю.

ЧАСОВОЙ
Мой господин, люди рассчитывают на вас. Мой господин, они многого от вас ждут.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Чего ждут?

ЧАСОВОЙ
Спасения... Они говорят, что вы хоть и свирепы, но справедливы. Разодетый в шелка, вы мирно едите и пьёте под зелёными деревьями летом и у очага зимой, тогда как ваш народ благополучно трудится под вашей сенью. Но в случае опасности вы первым вступаете в бой.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Именно так. Смотри, смотри!
(обнажает грудь)
Я весь изранен, с головы до пят.
Я исполнил свой долг.

ЧАСОВОЙ
(медленно, с дрожью)
Этого недостаточно...

СТАРЫЙ ЧАНГ
(с трудом сдерживая ярость)
Что?

ЧАСОВОЙ
(с дрожью)
Этого недостаточно.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Недостаточно?

ЧАСОВОЙ
Господин, вы большой человек и знаете тайну,
которую не знают люди помельче...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Какую тайну?

ЧАСОВОЙ
Что над мужеством стоит другое, ещё более сияющее качество.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Ты задумал что-то ужасное, раб! Почему ты запинаешься на каждом слове и проглатываешь язык? Какое ещё качество?

ЧАСОВОЙ
(едва слышно)
Жертвенность.

СТАРЫЙ ЧАНГ
(в тревожной муке)
Жертвенность? Какая ещё жертвенность?

ЧАСОВОЙ
Зачем вы спрашиваете? Вы знаете. Вы прекрасно знаете, кто прогневал грозного бога, реку.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Я не знаю! Не смотри на меня, опусти взор.
(тишина)
Чего ты кричишь?

ЧАСОВОЙ
Я не кричал, мой господин, я молчал.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Ты кричишь, не смолкая. Уходи, я не желаю тебя слышать!

ЧАСОВОЙ
Мой господин, вы слышите не меня, но скрытый голос внутри вас...
И вы знаете, вы прекрасно знаете, что я имею в виду.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Ступай, я хочу остаться с ними.
(указывает на доспехи)

ЧАСОВОЙ
Я ухожу, но мой голос останется, господин, ибо это не я кричу, а вы, благородный Чанг, это вы кричите! Пусть лучше погибнет один, чем тысячи!

СТАРЫЙ ЧАНГ
(в ярости подпрыгивает к Часовому и трясёт его за плечи)
Вон!
(Часовой уходит. Старый Чанг, вздымая руки, бросается к низкой двери.)
Дитя моё!
(Он медленно отступает, плетётся к ножу, вытирает пот со лба, смотрит будто загипнотизированный на нож на балконе, протягивает руку, но снова одёргивает её и кричит.)
Довольно, всемогущие мертвецы, не понукайте меня – так далеко я не зайду!
(Открывается центральная дверь в глубине. Старый Чанг быстро прыгает за ножом и прячет его на груди под одеждой, крепко его сжимая. Из-за статуи Будды появляется Ли-Лян, неся поднос с утренним чаем, и в нерешительности замирает на первой ступеньке. Старый Чанг тихо говорит)
Держись, сердце, старое, древнее сердце Чанга!

ЛИ-ЛЯН
Отец...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Ли-Лян... Уходи... Уходи... Пожалей меня, Ли-Лян, уходи...
(Ли-Лян смотрит на Старого Чанга, и по щекам её беззвучно текут слёзы. Старый Чанг проникается её болью.)
Впрочем, нет...
(мягче)
Подойди, бедная девочка...
(Ли-Лян спускается по трем ступеням, преклоняет колени, ставит поднос и кланяется. Старый Чанг отшвыривает ногой поднос, разливая чай. Ли-Лян падает ему в ноги.)

ЛИ-ЛЯН
Отец...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Ли-Лян, дитя моё, прости меня, мне больно.

ЛИ-ЛЯН
Я знаю, отец, я всю ночь слышала, как вы вздыхаете.
Вы всю ночь не спали, отец.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Нет, я не вздыхал – я разговаривал.

ЛИ-ЛЯН
Вы разговаривали, отец?

СТАРЫЙ ЧАНГ
Встань, моя милая, встань...
(вздыхает)
Человек – это маленький остров, окружённый волнами, волнами мёртвых. Сегодня сгущается очередной великий шторм. Они утопят меня, Ли-Лян, мертвые утопят меня, помоги мне!
Нет, нет, не протягивай руку, не открывай уста.
Мне не нужна помощь! Ты тоже хорошенький маленький остров, по тебе тоже бьют волны, и не существует моста... Зачем ты тянешь руку? Моста не существует...
Не плачь. Ступай, оставь меня. Я беседую с Праотцами.

ЛИ-ЛЯН
Отец, позвольте мне остаться в этом углу. Я буду сидеть незаметно, молча, не буду плакать – позвольте мне, я не буду смотреть, не буду слушать...

СТАРЫЙ ЧАНГ
Нет, нет, я разговариваю с мужчинами. Женщинам здесь не место, Ли-Лян.
Мы принимаем решения...
(с глубоким вздохом)
Мы нашли спасение.

ЛИ-ЛЯН
Какое спасение, отец?

СТАРЫЙ ЧАНГ
Тихо!
(тревожно смотрит на низкую дверь)
Он проснулся? Говори потише, дитя мое.

ЛИ-ЛЯН
Какое спасение, отец?

СТАРЫЙ ЧАНГ
(с тревогой)
Он проснулся?

ЛИ-ЛЯН
Чего вы боитесь, отец? Он спит мёртвым сном, бедняжка. Он устал, блуждая от деревни к деревне, собирая армию. Вы же его видели, он совсем измождён.
Так какое спасение, отец?

СТАРЫЙ ЧАНГ
Послушай, как ревёт река! Она свирепа, она распухла, она утопит мой народ. Открой окно, дитя моё, дабы я её слышал и набрался мужества.
(Ли-Лян открывает окно. Слышен жуткий рёв реки, Старый Чанг глубоко дышит.)
Добро пожаловать! Это грозный бог, который не прощает. Говорят, что он не благоволит ни к кому, что он пожирает людей... Что ты думаешь, Ли-Лян?

ЛИ-ЛЯН
Я думаю лишь об одном, отец: какое спасение?

СТАРЫЙ ЧАНГ
Ли-Лян, дитя моё, окажи мне большую услугу...

ЛИ-ЛЯН
Приказывайте, отец.

СТАРЫЙ ЧАНГ
Принеси мне моего внука. Это одиночество невыносимо, этот час трудно выдержать – принеси мне моего внука!

ЛИ-ЛЯН
Он спит. Он тоже всю ночь не знал отдыха, словно ему снился кошмар. Он бормотал и вскрикивал словно птица, а затем под утро, наконец, уснул. Мне разбудить его, отец?

СТАРЫЙ ЧАНГ
Разбуди. Я хочу его видеть, прикоснуться к нему, набраться мужества... Ступай...
(мягко, но настойчиво подталкивает её)

Profile

kapetan_zorbas
kapetan_zorbas

Latest Month

April 2018
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner