?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Вторым пророком испанского возрождения стал Анхель Ганивет, полная противоположность Хоакину Косте, не арагонский лев, а страстный и сладкоголосый соловей Андалусии.

Анхель Ганивет родился в чувственной Гранаде. Худощавый, смуглый, с древней арабской утончённостью, ещё совсем молодой, с книгой в кармане, – почти всегда это был Вергилий или Гораций, – он тихо обсуждал философские или политические вопросы в жарких садах Альгамбры.

В двадцать лет он приехал в Мадрид, где познакомился со столичной аристократией духа. Когда в кафе «Леванте», что неподалёку от Пуэрта-дель-Соль, он открыл рот и заговорил, все его друзья слушали с наслаждением, дивясь его мудрости и сладости его голоса. Ганивет был изысканной светской личностью широких взглядов; он любил жизнь и её радости, жадно отдаваясь им, однако ему было предначертано в возрасте тридцати лет покончить с собой из-за женщины – в Риге, где работал консулом, он бросился в реку и утонул.

(Мадрид, Пуэрта-дель-Соль)

В противоположность Косте, Ганивет сосредоточил своё внимание на преимуществах испанской нации; он страстно любил народные песни и Дон Кихота. Он глубоко верил в то, что испанский народ, опираясь исключительно на свои преимущества, может создать совершенно другую культуру, более глубокую, более человечную, чем современная европейская культура. «В нашем доме две двери, - писал он, - Пиренеи и Гибралтар, одна дверь в Европу, другая в Африку. Испанское возрождение может случиться лишь тогда, когда мы сосредоточим все свои силы и усилия внутри нашего дома. Нам нужно закрыть на замки, на засовы, цепями все двери, откуда выходил и рассеивался испанский дух». Грубый фанатичный арагонец обращает взор на Европу и от нее ждёт спасения, а утончённый, культурный, европеизированный до мозга костей Ганивет презрительно отворачивается от Европы и заклинает Испанию остаться верной своей душе.

Личность Ганивета была сложной, богатой, полной противоречий, в чём он сам с горечью признаётся: «В глубине моей скромной души скрывается стыдливый дуализм: я отталкиваюсь от низов, движимый инстинктом; я смотрю вверх, движимый любовью, но остаюсь посередине. Моё место ужасно: мне невыносимы и те, кого я оставляю позади, и те, кто находятся впереди меня. Те же, кто находятся посередине, кажутся мне ещё хуже». Аристократ Ганивет смотрит на народ взглядом художника. Он любит то, чем живёт и что творит народ: песни, вышивку, танцы, праздники, костюмы. «Любая народная песня, - говорил он, - затрагивает мою душу гораздо глубже любого гениального стихотворения». Или вот он пишет: «Дороги, деревни, города обладают голосом. Иногда я слышу, как они говорят: «Здесь нет души, потому что нет произведения искусства, которое давало бы цель и оправдание всем этим камням, землям и черепицам».

Ганивет был противником всеобщего права голоса. Он считал испанский народ необразованным, отсталым и опасался, как бы политические свободы не сыграли с ним злую шутку. «Говорить о демократии в Испании – утопия. Наше естественное правительство это жестокая и сильная власть, соответствующая нашему национальному характеру. Демократическая филантропия кажется нам умаляющей достоинство, поскольку мы все короли в наших домах и частной жизни. Но для спасения Испании я не призываю какого-нибудь гениального диктатора. Он стал бы искусственной головой на теле нации, и когда бы ушел, то оставил бы нас ещё более разорёнными».
Ганивет искал спасения для своей родины на более глубоком, более личном уровне: «Если бы мне вверили переделать какую-либо нацию, я первым делом без колебаний начал бы с отношений между мужем и женой, что быстро бы изменило семью, общество, нацию». Но Ганивет умер совсем молодым, не успев оказать глубокого влияния на свою страну. Он был излишне сентиментальным, погружённым в свой внутренний мир, лишённым тех грубых добродетелей или душевной неотёсанности, что отличает человека действия. Он был «утончённым скульптором самого себя». Он сам признавался: «Творец своей бессмертной души, скульптор самого себя, с резцом-болью, но без Бога  - вот кем я был!»
***
Унамуно является крупнейшей пророческой фигурой современной Испании. Упрямый баск, узколобый, полный страсти, взрывной силы и юмора Санчо Пансы. Ему не по душе идеологии, отвлечённые вопросы, игры праздного всезнающего разума. Ему интересен человек с его плотью и кровью. За философией он ищет философа, что её изложил, за страницами книги – автора и только его. Бумаги пусть жуют козы, Унамуно предпочитает настоящего живого человека, что занимается бумагомарательством.

Знаменитой дилемме – европеизироваться ли Испании или закрыться в своих границах – Унамуно нашёл неожиданное решение, но целиком созвучное его мировоззрению: испанизировать Европу! «Мы – африканцы, - объявляет он. – Мы не насмешники и не математики, как европейцы. Мы не учёные. Мы пользуемся всеми этими изобретениями – электричеством, железной дорогой, телефоном и тому подобным – но душа наша иная: мы склонны к мистике и трагизму. Эта наша неспособность влиться в европейскую культуру даёт нам шанс создать новую, нашу собственную культуру. Мы не можем играть и сделать жизнь зрелищем. Родись в Испании свой Ренан, его бы побили камнями, причём первый камень бросил бы я. Спасибо тебе, Господи, что не создал нас ни насмешниками, ни скептиками, ни спортсменами, ни учёными!»

Таким образом, идеал Унамуно восходит уже не к политическому или национальному, но к религиозному уровню. Унамуно стремится дать человеку новое понимание его предназначения и новое мировоззрение, полное страсти, мечтаний и реализма. Центр размышлений Унамуно это связь между индивидом и Богом. «Это огромная, страшная проблема, - говорит он, - и если Испания хочет спастись, то эту проблему необходимо решить, но не европеизацией, а испанизацией, и только тогда спасётся и Испания, и весь мир». «Жизнь это не логика и не игра, - восклицает фанатичный баск, - но вера. Существует нечто, что гораздо выше, гораздо глубже логики, идеи и научной истины: бессмертие. Но не философское понятия бессмертия, а личное, из крови и плоти бессмертие отдельного индивида».

Проповеди Унамуно было предназначено оказать огромное влияние на испанскую душу, и именно потому, что эта проповедь кажется нам эксцентричной, своеобразной, непоследовательной, она так глубоко повлияла на нацию, для которой на протяжении веков проблема внутреннего беспокойства, связь индивида с божественным составляют, осознанно или нет, центр всей духовной жизни.

Унамуно не является ни самым мудрым, ни самым непредубеждённым, ни самым крупным писателем или философом современной Испании. Однако он стал чем-то большим: самым трепетным и верным олицетворением вечного Дон Кихота[1].
***
Крупнейшим философом современной Испании и одним из крупнейших нашей эпохи является четвёртый великий предтеча испанского возрождения, Ортега-и-Гассет.

В эпоху, когда начались новые проповеди спасения, совсем юный Ортега только что вернулся из Германии, где был учеником крупного философа Когена. Ортега – восторженный поклонник европейской мысли и ясности разума. Он уверен, что спасти Испанию можно только её приобщением к научным приёмам Европы – другого пути спасения не существует, европейская логика должна вытравить испанский пафос.

Ортега родился в Мадриде в семье интеллигентов, которые издавали газету «Беспристрастный». Как он верно отметил: «Я родился на печатном станке». И в самом деле, разум Ортеги следует с журналистской ненасытностью, но и с глубиной крупного философа за тем, что связано с жизнью, с людьми вокруг него, с экономическими, политическими и общественными системами. Унамуно презирает окружающую его преходящую жизнь, пребывая в поисках вечного. Ортега же находит вечное в повседневной жизни, он стремится создать новое поколение интеллигенции, которое сможет увязать беспорядочное богатство испанской души с чистотой и остротой европейского интеллекта. Проповедь Ортеги представляет собой полную противоположность проповеди Унамуно: наука, логика, систематическая работа, самая современная техника, тесная связь с Европой – вот путь к спасению.

(Мадрид, старейшая площадь города Пласа Майор)
***
Какой из всех этих апостольских голосов победит? Ни один по отдельности, только все вместе, поскольку каждый из них, вырываясь из глубин многоликой богатой испанской души, представляет собой какую-то одну часть испанской потребности и истины. Вместе же эти голоса, сражаясь друг с другом, страдая, сотрудничая друг с другом, подтолкнут каждая со своей стороны судьбу Испании.

На Иберийском полуострове до сих пор кипит смесь из крови многочисленных наций, и пока что им не удалось оформиться в какой-то единый устойчивый тип ни телесно, ни духовно, ни идеологически. И в этом великое богатство – безграничных возможностей и неожиданных решений, но и великая опасность – ибо упорядоченность в рамках общей цели становится труднейшим из подвигов. 
***
Я гуляю по улицам Мадрида и радуюсь, когда вижу за каждой формой разные нации. Я беседую с различными типичными представителями и с радостью нахожу такое же разнообразие в душах и мыслях. Словно гомеровское предание оказалось правдой, и здесь действительно находились Елисейские поля, Рай, и все народы преодолевали горы и моря, дабы завоевать эту языческую Землю Обетованную, где по сию пору замечаешь на лицах и душах оставленные ими следы.

(Мадрид, типичные улочки старого города)

Баски – упрямые, сильные, с их высокомерной уверенностью, что они являются первыми и загадочными обитателями иберийской земли. Каталонцы – практичные, работящие, приверженцы системы и рационалисты. Жители Галисии, что на границе с Португалией, - с лирическим складом мягкой мечтательной души. Кастильцы – древние идальго, аристократы, благородные, бедные, гордые, творцы великой испанской славы. Андалусийцы – с их чувственным жарким климатом, с их страстными душами, как и арабы любящие наслаждения, необразованные, но цивилизованные, лентяи, но вместе с тем – в критические моменты – свирепые и пламенные анархисты. Наконец, средиземноморские народы, населяющие побережье Валенсии, - жители Восточной Испании, - жизнерадостные, корыстолюбивые, поверхностные, женственные души, так славно дополняющие мужскую арагонскую грубость.

(Мадрид, сквер музея Прадо)

Как-то раз вечером я шёл по одной из крупных дорог Мадрида, ведущей к Прадо. Промеж деревьев поднялась полная луна, круглая, спокойная, огромная, и осветила тысячи прогуливающихся мужчин и женщин. Я никогда не забуду эту невыносимую сладость и горечь: бывают моменты, когда любовь к людям настолько сильна, что чувствуешь, как ты в ней таешь и растворяешься. Вечерний ветерок доносил запахи сквера Прадо и женских духов. Стояла весна. В цветущих каштанах вдруг запел соловей. Изумительные стихи Гонгоры сжали мне сердце: «С таким богатством, с такой обильной радостью поёт и плачет этот соловей – мне кажется в его груди сто тысяч соловьев других, и каждый чрез его уста поёт о своей боли».

(А это моя лунная ночь в Мадриде – на Пуэрта-дель-Соль у статуи «Медведь и  земляничное дерево», являющейся символом города)

Как же я вдруг полюбил в этот лунный вечер всю Испанию! Вспомнив все ее страдания и надежды, как же я возжаждал увидеть её избавление! Как ясно видел я тем вечером, содрогаясь, борьбу, что ведёт человек на тонкой, покрытой грязью скорлупе земли! Дабы пролилось немного света, нужно, чтобы много веков меж собой сталкивались тёмные силы. Дабы появилась надежда, нужно, чтобы много веков господствовало отчаяние, боль, несправедливость. Добродушные и чувствительные с гневом и отвращением бросают битву. Если бы жизнь творили они, то лепили бы её по лекалам филантропии и логики. Но жизнь творят грубые, непоследовательные души, полные боли, терпения и упорства. И потому жизнь испускает резкий запах пота, страдания и грязи.

А соловей всё пел над этой мимолётной борющейся людской массой. При помощи тысяч других соловьёв внутри него ему удалось одержать победу и создать гармонию. Как было бы хорошо, подумал я, если бы все души Испании походили на этого соловья, образовав схожую гармонию!

(Мадрид, парк Каса-дель-Кампо)



[1] Мой перевод последней беседы Казандзакиса с Унамуно http://kapetan-zorbas.livejournal.com/26721.html

Profile

kapetan_zorbas
kapetan_zorbas

Latest Month

September 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner