kapetan_zorbas (kapetan_zorbas) wrote,
kapetan_zorbas
kapetan_zorbas

Евангелие от Казандзакиса. Соотношение «Последнего искушения» с Евангелием от Матфея. Часть 1/2

В продолжение публикации фрагментов своей дипломной работы, посвящённой самому известному роману Никоса Казандзакиса, привожу несколько примеров сравнения некоторых сцен романа с текстом Евангелия от Матфея (κατά Ματθαίον) – самого известного и распространенного из четырех канонических евангелий. Приведенные сравнения касаются происхождения Иисуса, его крещения Крестителем, притч, которыми так изобилует Новый завет. Все сопоставления снабжены моими собственными комментариями. Особое внимание я уделяю в этих сопоставлениях сценам искушения Христа в пустыне, так как к некоторым символам, появляющимся в романе в сценах искушения в пустыне, Казандзакис возвратится вновь собственно в Последнем Искушении.

«Последнее искушение»

Соответствующая отсылка к Евангелию от Матфея

Мой комментарий

1. Родословная Христа

«Матфей окунул тростинку в бронзовую чернильницу, услышал справа от себя трепетание крыльев, словно некий ангел склонился к уху его, чтобы диктовать, и принялся быстро записывать уверенной рукой: «Книга родословия Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова. Авраам родил…» Он все писал и писал, до тех пор пока небо на востоке не заалело и раздался первый петушиный крик».

Глава 1. 1-16.

1. Родословие Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова.

2. Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова, Иуду и братьев его … и т.д.

16. Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус, называемый Христос.

Здесь текст романа полностью соответствует Евангелию. Автор дает понять, что сборщик налогов – мытарь – Матфей пишет не сам, но как бы под диктовку ангела.

Однако фактически Иисус не имеет никакого отношения к этой родословной, так как не является кровным потомком плотника Иосифа, мужа Девы Марии.

Таким образом, назвать его «Сыном Давида» можно лишь с очень и очень большой натяжкой.

2. Образ Иоанна Крестителя

Будущий апостол Андрей в романе так вспоминает о встрече с Иоанном Крестителем:

«…он впервые увидел на берегах Иордана опаленного солнцем, закутанного в шкуру дикого зверя Иоанна Крестителя. Молитвы, бдения и голод совершенно истощили его, оставив только огромные глаза – два угля пылающих – да уста, восклицающие: «Покайтесь! Покайтесь!»

И далее в романе:

«На возвышающейся над водами Иордана скале стоял на тонких, словно тростинки, ногах то ли человек, то ли насекомое, то ли ангел Голода. А может быть Архангел Мщения?.. Он взывал … с пеной на устах… «Покайтесь! Наступил День Господень! Падите наземь, грызите песок, вопите!»

Глава III. 1-17.

1-4. В те дни приходит Иоанн Креститель и проповедует в пустыне Иудейской, и говорит: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное. Ибо он тот, о котором сказал пророк Исаия: глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему. Сам же Иоанн имел одежду верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих, а пищею его были акриды и дикий мед.

Иоанну Крестителю Казандзакис уделяет чрезвычайно большое внимание. Креститель (Предтеча) у Казандзакиса страшно худ, мрачен, дик. Этот «неистовый пророк» беспощаден к грехам. Его мощный голос и огненный взгляд повергают кающихся в ужас. В целом образ полностью соответствует Евангелию.

«Разве любви недостаточно? – спросил он (Иисус).

– Нет, недостаточно, – гневно ответил Креститель. – Древо сгнило, Бог позвал меня и вручил мне секиру. Я взял ее и положил у корней древа. Свой долг я исполнил, исполни теперь и ты свой: возьми секиру и руби!

– Если бы я был огнем, я бы жег. Если бы я был дровосеком, я бы рубил. Но я – сердце и потому люблю.

…Креститель схватил его за руки, словно вкладывая в них тяжелую секиру. Иисус отпрянул в ужасе.

– Потерпи еще немного, прошу тебя, – сказал он. – Не торопись. Я пойду говорить с Богом в пустыню: там глас Его слышен яснее.

10. уже и секира при корне дерев лежит, всякое дерево, приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь;

Мы видим, как автор будто нанизывает повествование на лаконичный евангельский текст, словно на каркас.

Не раз упоминается в романе о секире, переданной Крестителем Иисусу.

Неоднократно разные герои романа с недоумением сравнивают неистового обличителя пророка Иоанна с кротким Иисусом. Однако позже (после своего пребывания и искушений в пустыне) Иисус все чаще будет напоминать Крестителя, являя попеременно, то Божью любовь, то Божий гнев и обличающее слово, ибо Ему становится ясно, что прежде необходимо выжечь грехи и язвы человечества и что одной лишь любовью невозможно спасти человека.

Креститель, видя Иисуса говорит:

« – Теперь я могу уйти.

И тогда голос Иисуса прозвучал уверенно и решительно:

- Погоди. Прежде крести меня, Предтеча.

- Я? Это ты должен крестить меня, Господи…

- Не говори громко, чтобы нас не услыхали, – мой час еще не пришел. Пойдем!»

11. я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня… Он будет крестить вас Духом Святым и огнем.

13. Тогда приходит Иисус из Галилеи на Иордан к Иоанну креститься от него. Иоанн же удерживал Его и говорил: мне надобно креститься от Тебя и Ты ли приходишь ко мне?…

Сцена, предваряющая крещение Иисуса, практически тождественна канонической, также как и реплика Иоанна, обращенная к Иисусу.

3. Сцена крещения Иисуса

Креститель набрал воды в глубокую раковину и дрожащей рукой стал кропить лицо Иисуса.

– Принимает крещение раб Божий… – начал было он и замолчал, потому как не знал имени.

Он повернулся, чтобы спросить о том Иисуса, и в это время в небе над толпой … послышалось хлопанье крыльев. Белая птица – птица или серафим Иеговы? – стремительно спустилась с неба и уселась на голове принимавшего крещение… Птица закричала, словно провозглашая имя – впервые изреченное, тайное. Казалось небо отвечало на немой вопрос Крестителя…

Иисус напрягся всем телом, пытаясь вникнуть в эти звуки, догадываясь, что это и есть его подлинное имя, но разобрать не смог… Только Креститель, который за столько лет, проведенных в безлюдном одиночестве среди пустыни, научился разбирать глас Божий, понял.

- Принимает крещение, – прошептал он с внутренним содроганием, – принимает крещение раб Божий, сын Божий, Надежда человеческая.

16. И крестившись Иисус тотчас вышел из воды, – и се, отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него.

17. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный,

в Котором Мое благоволение.

В романе сущность голубя, явившегося в момент крещения, не совсем ясна присутствующим (включая Христа) – всем, кроме Крестителя: лишь он понимает, что именно за «глас» раздается с неба, Кто этот голубь, и о чем Он сообщает.

Вся сцена чрезвычайно величественна и поэтична.

Не противоречит Евангелию, но развивает скупой сжатый канонический текст.

4. Иисус в пустыне. Искушения.

4.1. Первое искушение. «Демоны тела

Искушение плотью (искушение женщиной и семьей)

Дьявол является в образе полузмеи-полуженщины

Сцена дается ниже с весьма значительными купюрами:

«Он поднял глаза. На камне перед ним сидела змея с женскими глазами и женской грудью и, виляя языком, смотрела на него…

…Иисус тряхнул головой, чтобы прогнать змею, но та взметнулась и стала играть языком у него в ухе, говоря:

– Прекрасно и свежо ее /Магдалины/ многоопытное тело… Только кивни мне, дорогой, и в тот же миг я принесу тебе твою жену на освежающем ложе.

… Она /Магдалина/ простирала к нему руки, а в лоне ее теснилось множество его детей.

…Это и есть его путь! Возвратиться бы в Назарет, в материнский дом, помириться с братьями… жениться, производить на свет детей и мастерить колыбели, корыта, плуги…

… Он уже было открыл рот, чтобы сказать «да», но почувствовал на себе чей-то взгляд. Он испуганно поднял голову и увидел в воздухе только пару глаз…, которые кричали ему: «Нет! Нет! Нет!» Сердце Иисуса сжалось, он снова умоляюще глянул туда, желая крикнуть «Оставь меня! Отпусти меня на волю! Не гневайся!» Но глаза уже наполнились гневом…

– Нет! Нет! Нет! – закричал тогда Иисус, и две крупные слезы скатились с глаз его».

Далее в тексте романа Иисус называет это искушение: «демоны тела».

Искушение телесное (искушение голодом).

Глава IV. 1-4.

Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от дьявола, и постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал. И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами. Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божьих.

При всем различии текстов в них есть общее: сущность первого искушения – плоть.

В Евангелии голодный Иисус искушаем телесной пищей. Из евангелистского текста следует вывод: не дух находится в зависимости от тела, а тело от духа.

Дьявол представляет человека преимущественно как телесное существо, Иисус представляет человека преимущественно как духовное существо.

У Казандзакиса искуситель является в образе полуженщины-полузмеи, что, конечно, является прямым намеком на ветхозаветный сюжет о Еве и змее-искусителе.

Искушение женщиной по сути – то же самое плотское искушение.

В отличие от евангельского Иисуса, Богочеловека, не знающего сомнений, Иисус у Казандзакиса колеблется, борется с собой, страдает, просит Господа отпустить его. И лишь под влиянием Бога принимает решение – отвергает предложение искусителя.

В романе Иисус более человечен, а потому и страдания его сильнее, и подвиг – преодоление искушения – представляется нам значительнее, так как требует напряжения всех душевных сил.

Роман подтверждает евангелистский тезис: не тело, но дух главенствует в человеке.

Стоит отметить также, что автор вернется к искушению женщиной и семьей в сценах Последнего Искушения, которое по сути мало чем отличается от первого.

4.2. Второе искушение в романе – третье искушение по Евангелию. «Демоны разума».

Искушение властью

Дьявол является в образе льва.

Сцена дается с весьма значительными купюрами:

«…Я – это ты. Лев, алчущий в сердце твоем и в теле твоем и рыщущий по ночам вокруг загонов – царств мирских, примеряясь, как бы запрыгнуть внутрь и утолить голод…

– Я не знаю тебя. Никогда не желаю я царств мирских, мне достаточно и Царства Небесного.

– Нет, недостаточно! Ты сам себя обманываешь, милый. Тебе недостаточно. Но ты не дерзаешь заглянуть внутрь себя, в свое нутро, в свое сердце, чтобы увидеть там меня. Я – самый глубинный голос естества твоего, я – лев, пребывающий внутри тебя…Вспомни: когда ты был еще младенцем, халдейская колдунья разглядывала твою ладонь. «Я вижу много звезд, много крестов, ты станешь царем», – сказала она. Что ты прикидываешься, будто забыл? Ты помнишь про то и днем, и ночью…

… Иисус чувствовал, как сердце его разъяряется все больше. «Я устал от голода и желания, устал играть роль униженного, подставлять для удара и вторую щеку… Так поднимусь же, опояшусь мечом – разве я не сын Давидов? – и вступлю в царство свое!»

Раскатистый смех прогремел над ним, и послышался голос: «Смотри!»…Иисус глянул и увидел, что четыре царства обратились в четыре горсти пепла. И снова раздался голос: «Вот царства земные, которыми ты собирался завладеть, несчастный!»

Далее в тексте романа Иисус называет это искушение: «демоны разума».

Искушение властью

Глава IV. 8-11.

Опять берет Его дьявол на весьма высокую гору, и показывает Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему: все это дам Тебе, если падши поклонишься мне. Тогда Иисус говорит ему: отойди от Меня, сатана; ибо написано: Господу Богу твоему покланяйся, и Ему одному служи.

Тогда оставляет Его дьявол, и – се, Ангелы приступили и служили Ему.

Последовательность второго и третьего искушений изменена у Казандзакиса.

Второе искушение в романе сопоставимо с третьим искушение по Евангелию: искушением земной властью.

В евангельском тексте искушения предлагаются Иисусу как бы по восходящей по степени привлекательности. Здесь уже речь идет не о хлебе насущном, как в первом искушении, но о богатстве и изобилии. Сама по себе идея богатства несомненно привлекательна для нищего и голодного.

В романе это самое загадочное и, пожалуй, неясное искушение из всех трех искушений Иисуса в пустыне: вначале является сатана в образе льва, а затем все его заманчивые предложения развенчивает Господь. А что же Иисус? Измученный, отчаявшийся, кажется, он уже готов принять предложение. Если бы Создатель не показал Ему, как рушатся царства земные, каково было бы его решение? Здесь у автора можно усмотреть довольно богохульную мысль.


Tags: Евангелие от Казандзакиса, Последнее искушение Христа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments