Category: архитектура

О содержании журнала

К настоящему моменту в этом журнале читатель может ознакомиться со следующими произведениями Никоса Казандзакиса, никогда прежде не переводившимися на русский язык:

·         роман «Братоубийцы»
·         полностью адаптированная для современного театра грандиозная пьеса «Будда»
·         философское эссе «Аскетика»
·         пьесы «Комедия», «Курос», «Христофор Колумб», «Мелисса»
·         1-я глава романа «Капитан Михалис»
·         синопсис поэмы «Одиссея»
·         диссертация «Фридрих Ницше и философия государства и права»
·         заметки Казандзакиса о его путешествиях по России, Италии, Испании, Греции, Японии, Китаю и Англии
·         переводы критических и биографических материалов о Казандзакисе и его работах
·         дипломная работа автора блога, посвящённая «Последнему Искушению»
·         фрагменты романа «Путешественник и сирены», сюжет которого вольно обыгрывает  творческий путь Казандзакиса
·         цикл "Грекомания", изначально посвящённый крупнейшим писателям первой половины ХХ века, возродившим интерес к современной Греции, но теперь разросшийся до серии очерков о греческой литературе от архаики до современности
·         заметки о других литераторах, так или иначе связанных либо с Казандзакисом, либо с Грецией в целом
·         фотоотчёты о посещении автором блога мест, связанных с Казандзакисом (острова Крит, Эгина и т.д.)
·         культурологический фото-очерк "Ирландские записки", связанный с посещением автором блога Изумрудного острова

Все эти и другие работы можно найти по соответствующим тегам слева.
Копия журнала расположена по адресу: https://kapetan-zorbas.dreamwidth.org 

Ирландские записки, часть 1. День первый и второй: знакомство с Дублином

(эта серия путевых заметок не имеет никакого отношения ни к Казандзакису, ни к эллинистике в целом; автор здесь признаётся в любви к тому месту, которое мечтал посетить практически всю свою жизнь и потому не удержался от пространных зарисовок своей осуществившейся мечты)

Первое, на что обращаешь внимание в Дублине, это необыкновенный, чрезвычайно своеобразный воздух. Всегда в своих путешествиях я именно так начинал знакомство с новым городом – глубоким вдохом сразу по выходу из аэропорта. Далеко не все города обладают для меня такой «меткой»: горячий, полный аромата раскалённых древесных смол и хвои и так любимой в Греции приправы орегано, воздух Афин сразу настраивает на соответствующие впечатления, вытаскивая из глубин памяти сопутствующие образы. Полон обещаний воздух на взлетно-посадочной полосе Зальцбурга, неся альпийскую свежесть с близлежащих гор. Первый глоток сурового холодного воздуха Стокгольма рассказал мне поболее многих путеводителей, тогда как абсолютно стерильный, безвкусный воздух Мюнхена в определенном смысле помешал отыскать очарование и характерный стержень этого города. Дублин же врезался в память сразу: чистейший благодаря буйству растительности и очень влажный воздух, часто превращающийся в пелену из мельчайших брызг… И непрестанно гудящий клёкотом чаек. Удивительно, но такого птичьего буйства я прежде не встречал ни в одном приморском городе – чаек в Дублине, кажется, не меньше, чем людей, и живут они в здесь отнюдь не на птичьих правах: непринуждённо расхаживают по тротуарам, моментально присаживаются на освободившиеся столики летних кафе, им уступают дорогу водители и пешеходы, а по ночам от их бесед бывает сложновато заснуть.

Дублин моментально располагает к себе, он подобен старому знакомому – ты вроде бы в городе впервые, но абсолютно не чувствуешь здесь себя чужаком, ведь характерная георгианская архитектура и огороженные металлическими оградами цоколи так хорошо знакомы по тысячам английских фильмов. Все эти укоренившиеся поп-образы и клише, как то ирландский фолк, изображение клевера и арфы, «Джеймсон» и «Гиннесс», Джеймс Джойс, Сэмуэль Беккетт, лавиной обрушиваются на тебя с самого первого дня. Мост имени Беккетта – такой же авангардный, как и творчество этого Нобелевского лауреата –  встречает путешественника на въезде в город из аэропорта.

Ну и знаменитый шпиль, памятник свету. На первый взгляд он кажется инородным телом на главной улице Дублина, О‘Коннелл-стрит, но уже через несколько дней к нему не просто привыкаешь, а даже проникаешься некоей симпатией – такое же впечатление произвёл на меня считающийся уродливым центр Помпиду в Париже, абсолютно вроде бы не вписывающийся в османовскую застройку французской столицы, но уже очень скоро, пресытившись несколько однообразным великолепием этой застройки, начинаешь ценить это странное инородное тело, как бы разбавляющее собой классическое единообразие и посему позволяющее лучше оценить отдельные элементы, которые в противном случае просто наслаивались бы один на другой.

Грозное серое небо и постоянные осадки (за первый день пребывания я 8 раз угодил под дождь, довольно скоро бросив подобные подсчёты, бессмысленные в этой стране) вовсе не вгоняют в меланхолию, поскольку город в связи со своей преимущественно малоэтажной застройкой нисколько не давит и не производит впечатление муравейника, а атмосфера в Дублине весьма располагает к весёлому времяпрепровождению, ибо город очень музыкален: на каждом углу в центре сидит какой-нибудь гитарист, достойно играющий прекрасные блюзы, из многочисленных туристических центров гремит фолк, а из каждого паба - рок-н-ролл. Правда веселье это длится строго по расписанию: после 24:00 в будний день усталому путешественнику, только что прибывшему в город, практически негде нормально поесть и совершенно немыслимо что-либо выпить, поскольку алкоголь тут наливают только в пабах, а после полуночи практически все они работают только на выход, потому, к моему невероятному удивлению, знакомство с местным пивом пришлось отложить до следующего дня.   

Несмотря на то, что история Дублина насчитывает более тысячи лет, ныне это, в первую очередь, город Джеймса Джойса. Разумеется, местные жители слишком горды, чтобы считать, что с точки зрения мировой культуры самое главное событие жизни их города случилось относительно недавно, да и то – благодаря писателю-эмигранту. К слову, Джойс, гордившийся тем, что если вдруг Дублин исчезнет с лица земли, то полностью восстановить город можно будет по «Улиссу», писал те главы своего знаменитого романа, что посвящены именно городским зарисовкам, сугубо по картам и собственной памяти – из Триеста и Парижа. Схожая участь постигла и ученика Джойса, ходившего некоторое время в помощниках великого ирландца, - Сэмюэля Беккета, так же большую часть жизни прожившего заграницей, и вдобавок написавшего свои самые знаменитые работы на чужом для себя языке. Тем не менее, в честь обоих классиков в Дублине нынче названы мосты через прославленную Джойсом Лиффи… Очень скромную речушку, надо сказать. Так вот, о Джойсе, кроме одноимённого моста, по городу масса напоминаний: практически весь маршрут Леопольда Блума отмечен на зданиях Дублина соответствующими мемориальными досками, ну и очень удачный памятник писателю в начале Тэлбот-стрит, на пересечении с местной Тверской, то бишь О’Коннелл-стрит. Удачный в том, что прекрасно передаёт суть писателя и его кредо: отчасти позёр, истинный горожанин и в чём-то, как сказали бы ныне, хипстер как бы снисходительно, но при этом очень естественно взирает на вдохновившие его улочки.

Collapse )